Литургические чтения: 19 ИЮЛЯ. XVI рядовое воскресенье

ПЕРВОЕ ЧТЕНИЕ Прем 12,13.16-19

Кроме Тебя, Господи, нет Бога, который имеет попечение о всех, чтобы доказывать Тебе, что Ты несправедливо судил. Ибо сила Твоя есть начало правды, и то самое, что Ты господствуешь над всеми, располагает Тебя щадить всех. Силу Твою Ты показываешь не верующим всемогуществу Твоему, и в не признающих Тебя обличаешь дерзость; но, обладая силою, Ты судишь снисходительно, и управляешь нами с великою милостью; ибо могущество Твоё всегда в Твоей воле. Но такими делами Ты поучал народ Твой, что праведному должно быть человеколюбивым, и внушал сынам Твоим благую надежду, что Ты даёшь время покаянию во грехах.

Толкование

Может случиться так, что тот, кто обладает властью, теряет чувство меры и начинает поступать несправедливо. Выражения вроде «злоупотребление властью» или «мания величия», к сожалению, хорошо знакомы человечеству, ведь власть – это действительно великое искушение: тот, кто ею владеет, может впасть в гордыню и несправедливость. Давайте же учиться у Бога, Господа господствующих и Царя царей. Он может всё, и Его отличительная черта – быть в высшей степени праведным и беспристрастным, потому что Ему дорого лишь благо Его детей. Он хочет не подавлять их, а всегда направлять на путь добра. Кроме того, есть еще одна черта, являющаяся фундаментальной характеристикой Божественного действия – это снисхождение (милосердное прощение). Бог на кресте прощает людей: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк 23,34); задача же людей – войти в это прощение через покаяние в грехах. Таким образом, власть – это всегда служение, а не рычаг для господства над ближним, и любой из нас, кто руководит, – всего лишь «раб ничего не стоящий». Иисус на Тайной Вечере омывает ноги апостолам, уча нас этим жестом тому, что царствовать – значит служить.

ВТОРОЕ ЧТЕНИЕ Рим 8,26-27

Братья: Дух подкрепляет нас в немощах наших, ибо мы не знаем, о чём молиться, и как должно, но сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными. Испытующий же сердца знает, какая мысль у Духа, потому что Он ходатайствует за святых по воле Божией.

Толкование

Кто величайший учитель молитвы? Может быть, какой-нибудь святой монах-отшельник? Или Учитель Церкви? Нет, это Святой Дух. Мы знаем, что Святой Дух излился в наши сердца (Рим 5,5), а значит, Он пребывает внутри нас, если мы находимся в благодати Божьей. И что же Дух делает в нас? Молчит, сидит тихо-тихо? Нет: Он молится, Он говорит. Мы не слышим Его, потому что Он говорит «воздыханиями неизреченными». Поэтому всё, что мы можем сделать, когда хотим молиться, – это умолкнуть, не произносить собственных слов и попытаться настроиться на внутреннюю «радиоволну», найти частоту Святого Духа и позволить Ему молиться Отцу внутри нас. Подобно тому как радиолюбитель в открытом море крутит ручку настройки радиоприемника, пока не найдет нужную частоту портовой администрации, чтобы сообщить о своем присутствии, так и тот, кто хочет молиться в Духе, погружается в собственное сердце и, медленно произнося имя Иисуса, настраивается на нужную волну. После этого молитва начинается и, по правде говоря, уже не прекращается. Человек может не произносить отчетливых слов, но он соединяет свое сердце с воздыханиями Святого Духа.

ЕВАНГЕЛИЕ Мф 13,24-43

В то время: Другую притчу предложил Иисус народу, говоря: Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своём. Когда же люди спали, пришёл враг его и посеял между пшеницею плевелы и ушёл. Когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы. Придя же, рабы домовладыки сказали ему: «господи! не доброе ли семя сеял ты на поле твоём? откуда же на нём плевелы?» Он же сказал им: «враг человек сделал это». А рабы сказали ему: «хочешь ли, мы пойдём, выберем их?». Но он сказал: «нет; чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницы. Оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в связки, чтобы сжечь их; а пшеницу уберите в житницу мою». Иную притчу предложил Он им, говоря: Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своём, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его. Иную притчу сказал Он им: Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё. Всё сие Иисус говорил народу притчами, и без притчи не говорил им, да сбудется сказанное через пророка, который говорит: «отверзу в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира». Тогда Иисус, отпустив народ, вошёл в дом. И, приступив к Нему, ученики Его сказали: изъясни нам притчу о плевелах на поле. Он же сказал им в ответ: сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя, это сыны Царствия, а плевелы – сыны лукавого; враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы. Посему, как собирают плевелы и огнём сжигают, так будет при кончине века сего. Пошлёт Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие. И ввергнут их в печь огненную: там будет плач и скрежет зубов. Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их. Кто имеет уши слышать, да услышит!

Толкование

Давайте попробуем представить мир, уже четко разделенный на две части: праведники, которые живут добродетельно и творят только добро, и грешники, которые всегда вершат зло. Мы, естественно, сразу же пошли бы на сторону праведников, ведь там определенно лучше. Но что, если в этом прекрасном месте мы случайно совершим грех? Нам пришлось бы тут же перейти в противоположный лагерь. Это дает нам понять, что, пока существует грех, наша земная реальность представляет собой смесь – составной мир, где уже присутствует искупление Христа и пребывает Святой Дух, но где одновременно существуют слабости, ошибки и проступки людей. И это поле – действительно весь мир, как объясняет Иисус, но это также и «наш собственный» внутренний мир, наш опыт, то, кем мы являемся ежедневно. Поблагодарим Господа, Который не отлучает нас от вечной жизни всякий раз, когда мы согрешаем, но всегда дает нам возможность покаяться. Окончательное разделение произойдет только после Страшного суда. «Те, кто мечтает о Церкви совершенных, – писал Фултон Шин, – забывают, что если бы Церковь была совершенной в том смысле, какого они требуют, то в ней не нашлось бы места для них самих».